Спивак Л. И., Спивак Д. Л. «Пространственная деперсонализация» как синдром психологии экстремальных условий (синдром «выхода из тела»)

«Пространственная деперсонализация»
как синдром психологии экстремальных условий (синдром «выхода из тела»)

Л. И. Спивак, Д. Л. Спивак

Институт мозга человека,
Санкт-Петербург

Пространственная деперсонализация представляет собой феномен краткосрочного разделения личности, обычно сопровождаемый наблюдением за собой со стороны. До настоящего времени он описывался в научной литературе под нечетким и неудачным термином «выход из тела». В задачу настоящей статьи входит предложить и обосновать данный термин как обозначение особого синдрома психологии и психиатрии экстремальных условий, а также провести первичную разработку охватываемой им предметной области. Работа проведена В рамках специальной программы изучения измененных психических состояний, впервые в РАН введенной в план научно-исследовательских работ Института мозга человека в начале 90-х годов (Концептуальные положения, Спивак Л.И., 1988).

В российской психиатрической традиции пространственной деперсонализации не уделяется достойного места. В базовом курсе психиатрии (ред. Снежневский А.В., 1963) деперсонализация определяется как «расстройство сознания личности, сопровождающееся отчуждением её психических свойств». В сравнительно легких случаях большие как бы наблюдают себя со стороны. В более тяжелых случаях деперсонализация проявляется отчуждением мыслей, чувств, представлений, воспоминаний, поступков» (Интрапсихические расстройства, 1983, с. 20).Судя по контексту изложения, такая деперсонализация начинает континуум, оканчивающийся синдромом Кандинского-Клерамбо.

В данном отношении полезный контекст может составить обращение к «синдрому двойника», описанному В. А. Гиляровским, как характерному для сыпного тифа: пациенту его тело или отдельные его части кажутся удвоенными, причем «двойник» находится вне тела пациента. Описан также синдром искаженного восприятия своего тела при сосудистых заболеваниях правого полушария головного мозга (Блейхер В.М., 1980).

Но мнению авторов «Европейского учебника психиатрии», деперсонализация входит в число проявлений истерического невроза. В краткой статье, посвященной этому расстройству, указано, что суть её сводится «к изменению индивидуального ощущения личности, при сохраненном качестве восприятия окружающей обстановки» (Hoop, 1991, с. 683). В заключение статьи сообщается, что данное расстройство создает серьезные проблемы в случаях учащения её эпизодов или её проявления  в рамках другого, более серьёзного, психического заболевания.

Данная точка зрения близко отражает предпоследнюю международную классификацию психических заболеваний (DSMIIIR 1987).

В последней классификации (DSMIV), принятой в 1994 году, понятие деперсонализации существенно расширено. Прежде всего оно определено через три критерия: 1) частые эпизоды отчуждения от своей личности, «зачастую выражающегося в ощущении себя посторонним наблюдателем своих ментальных процессов, своего тела или его частей»; 2) сохранение адекватной оценки обстановки; 3) достаточная выраженность деперсонализации, влекущая за собой сильный дистресс или возникновение признаков психического расстройства. Последний критерий весьма существен, поскольку примерно половина психически полноценных взрослых сообщают о кратковременном переживании деперсонализации при сильном стрессе, случавшемся хотя бы однажды в жизни Diagnostic and statistical manual…», 1994, с. 488-489).

На этой основе написана глава о деперсонализации в базовом американском «Synopsis of Psychiatry». Инновации введены в трёх весьма интересных отношениях: 1) число состояний, при которых может возникнуть деперсонализация, включает такие размытые понятия, как сенсорная депривация, скука и эмоциональная травма. Не случайно в этом контексте количество психически нормальных людей, испытавших хотя бы однажды это состояние, повышено до 70%. Указывается, что у женщин оно встречается почти вдвое чаще, чем у мужчин; 2) отмечено нередкое появление пространственной деперсонализации типа «раздвоения» (даблинг): «пациенты ощущают, что пункт сознательного восприятия расположен вне их тел, чаще всего на несколько футов выше, откуда они наблюдают себя так, как если бы они были двумя совершенно особыми личностями» (Dissociative disorders, 1994, с. 649); 3) на основании материалов нейрохирургии вероятным мозговым механизмом данного явления предполагается раздражение коры височной области. В особом разделе, «Дискуссия», указано, что деперсонализация может быть определена как «изменение (alteration) восприятия или переживания своей личности». Выбор термина весьма показателен. За последние 30 лет была разработана теория ИСС (Altered States of consciousness), в центре внимания которой поставлена идея качественного изменения сознания как основной размерности развития личности человека.

Пространственная деперсонализация находится на периферии интересов отечественной психологической традиции. Она признается возможной наравне с другими проявлениями деперсонализации, при эмоциональных перегрузках или пограничных состояниях (Деперсонализация, 1990). В более современных курсах отмечаются элементы деперсонализации при изменении функционирования гипоталамо-лимбической системы мозга, приводящей к перестройке когнитивных модулей, а при большей выраженности — к галлюцинациям (Введение в психологию, 1996, с. 230).

Пространственная деперсонализация рассматривается в современной академической западной психологии как явление, сообщаемое от 8 до 34% психически нормальных респондентов, в зависимости от исследуемой популяции. Специальные исследования указывают на отсутствие у них особенных отличий от остальных людей, за исключением несколько больше выраженной склонности к визуальному фантазированию. В научный оборот вошли объемистые самоотчеты о протекании таких состояний, изданные людьми с постоянно встречающимися подобными явлениями. Изучение анамнеза указывает па то, что релаксация, утомление, медитация, монотонные звуки, а также приемы психоактивных препаратов способны повысить вероятность возникновения такого ощущения. Дополнительно отмечается, что в ходе этих эпизодов, как правило, нарушена «схема тела», редуцирован поток сенсорных сигналов, феномена «разрывной памяти» пет. Нейрофизиологические исследования указывают на то, что пространственная деперсонализация обеспечивается иным мозговым механизмом, нежели сон, как быстрый, так и медленный. Некоторые косвенные признаки (например, быстрое прохождение «туннеля» в начале процесса) указывают на возможность родства пространственной деперсонализации с процессом галлюцинирования, однако их отождествление рассматривается как некорректное. Относительно содержания ощущения указывается, что оно чаще всего сводится к сдвигу точки физического зрения вне тела. Иногда это ощущение переходит в восприятие собственного телесного раздвоения. Как видим, все, чем располагает психологическая наука в данном отношении, представляет собой осторожные выделения наиболее часто встречающихся признаков этого феномена. Введение же его в академическую науку необходимо именно потому, что он явно принадлежит к нолю нормальной психической жизни многих современных людей.

Попытки построения теории данного феномена сводятся к тому, что в необычных условиях существования психика человека в норме сначала переходит на «деградированные перцептуальные модели», а далее, в порядке адаптации к возрастающей нагрузке,  переходит на качественно измененные модели, в совокупности изучаемые теорией измененных состояний сознания (OutoftheBody experience, 1987, с. 573).

Пространственная деперсонализация занимает видное место в теории ИСС прежде всего по той причине, что удовлетворяет ее наиболее общему направлению: указать нормальные состояния сознания, которые основаны на явно измененном режиме функционирования психики. В данном отношении феномен пространственной деперсонализации особенно удобен, потому что он обычно «нормален» и необычен. По определению Н. Монро, состояние «выхода из тела» является универсально распространенным психологическим состоянием, имеющим позитивную эмоциональную окраску, возникающую неожиданно для субъекта в необычных условиях, при интактном самосознании, но измененном режиме восприятия (см. Рорепое,1979, с. 526-527).

По мнению классика теории ИСС Ч.Тарта, состояние «выхода из тела» является типичным «дискретным» (т.е. основанным на качественно особом когнитивном и коммуникативном способе организации психической деятельности) состоянием сознания. Оно возникает обычно всего один раз в жизни, чаще всего в остро возникшей или развивающейся экстремальной ситуации. Вместе с тем оно вызывается при гипнозе без особых затруднений. Ч.Тарт имел возможность регистрации в своей лаборатории ЭЭГ во время «выходов из тела» у двух человек, постоянно испытывавших такие состояния. Результаты этих записей опубликованы Ч.Тартом в серии статей. В них наблюдаются определенные закономерности, однако «нет признаков мозговых механизмов». (Ch.Tart, 1983, с. 148-149). Таким образом, в теории ИСС сделан удачный теоретический ход, пока не нашедший практического применения на материале пространственной деперсонализации.

Несколько более далёкий аспект пространственной деперсонализации затронут в рамках трансперсоналой психологии — новой, активно обсуждаемой отрасли психологической науки, поставившей в основу своего интереса изучение всякого рода экстатических состояний. Состояние «выхода из тела» заинтересовало её представителей, поскольку давало возможность обсуждать возможность «временного отделения души от тела» и ее перемещения в пространстве». Принятие этой точки зрения обусловило две основных линии исследований.

Экстрасенсорика. В рамках этой предметной области «выход из тела» понимается как случай экстрасенсорной перцепции. Соответственно значительные усилия прилагались к регистрации того, что именно отделилось от тела (проводились замеры при помощи магнетометров, детекторов ультрафиолетового и инфракрасного излучений и т.д.). Кроме того, особое внимание уделялось случаям, когда люди видели себя со спины или рассматривали объекты, спрятанные в других комнатах (так называемая билокация). Во всех этих случаях объяснение не могло быть строго материалистическим. Знакомство с несколькими монографиями и десятками статей, посвященных данной проблеме, пока приводит к сдержанной оценке их результатов ( Murphy М., 1992, с. 619-620.)

Сравнительное религиоведение. Практически во всех описанных к настоящему времени религиозных и духовных традициях в той или иной форме признаётся существование души. В традициях, позитивно относящихся к экстатическому богопо-знанию, как правило, обнаруживаются разделы, описывающие психотехнику «выхода из тела». Сюда относятся шаманизм на любой стадии развития, анимизм, суфизм ряда направлений, поздний даосизм, тантризм (Уолш, 1996). В традициях, существенно ограничивающих экстатический компонент, указанная доминанта прослеживается в латентном виде или относится к высшим этапам религиозной практики. Это прежде всего католическая и православная доктрины (Роуз, 1997). В новых религиозных учениях (теософия, религии нью-эйдж) указанный феномен играет очень значительную роль под термином «астральная проекция» (ср. Моуди, 1991).

Следует полагать, что такое повсеместное распространение интереса к пространственной деперсонализации следует из глубоких, архетипических особенностей духовного склада человека как вида. Как следствие, следует полагать весьма конструктивным продолжение междисциплинарных исследований в этой области, пространство для которых предоставляет трансперсональная психология. (Tart, 1983; Murphy M., 1992, с. 112-116,217-218).

Новые данные. Принципиально новые данные в отношении пространственной деперсонализации были получены в ходе исследований ИСС, проводимых на базе ИМЧ РАН под руководством проф. Л.И. Спивака и акад. Н.П. Бехтеревой. В ходе исследований было обращено внимание на тот факт, что у 50-70% психически здоровых рожениц, прошедших нормальные роды, развиваются краткосрочные (7-10 дней) декомпенсации, субъективно переживаемые как депрессии, но до настоящего времени не описанные на синдромологическом уровне и никак не систематизированные в отечественной и зарубежной пауке. В связи с этим в настоящее время они выделяются под общим термином «материнская озабоченность» (maternity blues) и либо никак не лечатся, или лечатся антидепрессантами.

Наша гипотеза состояла в том, что, поскольку современная женщина к родам психически не подготовлена, в данных условиях должны наблюдаться в массовом порядке измененные психические состояния (ИПС). Причем их можно считать архетипическими для многих других ИПС в силу их широкого распространения и исключительной значимости как для личности, так и для социума. В результате наблюдения более 200 рожениц по анкете, специально построенной на основе теории ИСС, были получены многочисленные признаки ИПС при физиологических родах (данная работа с интересом встречена за рубежом(Spivak L et al, 1993).

Специальные исследования ЭЭГ и СМЭП у 62 рожениц позволили утверждать, что этот процесс обеспечен качественно своеобразным, мозговым механизмом, имеющим определенные мозговые корреляты (Спивак Л.И., Бехтерева Н.П. и др., 1997).

По характеристикам ЭЭГ и СМФП, состояние мозговых систем статистически достоверно отличается при выраженных ИПС от состояния мозговых систем при слабовыраженных ИПС или при их отсутствии.

Указанные отличия наиболее выражены в левополушарных пространственных связях СМФП.

Данное положение согласуется с уже высказанным в науке о мозге положением о «высокой генерализованной реактивности» мозга человека как ведущем способе его адаптации к внешней нагрузке (Бехтерева Н.П., Гоголицып ЮЛ., Кропотов ЮЛ-, Медведев СВ., 1985).

Получение данного результата является конструктивным — до настоящего времени не было обнаружено отчетливых признаков того, что какие-либо измененные состояния обеспечиваются специфическим мозговым механизмом. Как следствие, в теории ИСС даже была высказана точка зрения об их внемозговомобеспечении.

По нашему мнению, материал, полученный при изучении родов, может сыграть для будущих исследований ИСС не меньшую роль, чем материал психофармакологии для теории ИСС 60-х годов, или нетрадиционных психотехник — в 70-х. Пытаясь осмыслить полученные к настоящему времени предварительные данные, мы обратились к изучению деперсонализаций па этом материале. Прежде всего наше внимание привлек тот факт, что на эпизод «выхода из тела», имевший место в связи с ситуацией в родах, стабильно указывало довольно значительное количество рожениц (около 9% всех обследованных рожениц). На его появление в течение 3-4 дней после родов — около 5,5% . Специальное исследование показало, что появление этого эпизода нельзя считать прямо связанным с применением психоактивных препаратов в качестве анестетиков, объема кровопотери в родах, степенью их тяжести, а также наличием психических заболеваний в анамнезе. Таким образом, пространственная деперсонализация должна рассматриваться как синдром психической деятельности при нормальных (физиологических) родах.

Подчеркнем, что получение данного результата следует из принятия нетрадиционной парадигмы исследования. Внимательное изучение психиатрической литературы показывает, что старые психиатры иногда сообщали о таких эпизодах при родах {Молохов А.Н.). Однако это не оказало влияния на психиатрическую теорию. Психологи, работающие в родильных домах, и акушеры, как правило, не сообщают об эпизодах этого типа, хотя имеют возможность наблюдать их ежедневно. Возможность переживаний такого рода не нашла отражения в пособиях, затрагивающих проблемы психики рожениц. Практически первым исключением стала выпущенная при участиии авторов коллективная монография ИАГ РАМН им Д. О. Отта «Психика и роды» (1996). Отметим, что совершенно аналогичное положение сложилось и в теории ИСС.

Учитывая новизну указанного синдрома, приведем произвольно выбранные нами краткие клинические наблюдения за последний год.

Первородящая С, 33-х лет. Без психопатологических явлений в анамнезе. Семейная жизнь сложилась удачно. Роды — срочные, продолжались около 5 часов. Во время родов была большая кровопотеря (около одного литра). Помнит, что во время кровотечения около нее появилось несколько врачей. Неожиданно она стала видеть себя вознесенной под потолок. В это время исчезли болевые ощущения. С интересом наблюдала за действиями врачей, себя и окружающих видела отчетливо. Через некоторое время, примерно через 1 минуту, также неожиданно возвратилась на своё место в родильной палате и вновь стала испытывать сильную боль.

Первородящая Г., 23-х лет. В анамнезе не отмечается психопатологических особенностей. Беременность доношенная. Роды в срок. Кровопотеря в родах — 300 мл. Вес ребенка- 3200 гр., длина -50 см. В родах не применялось психофармсредств. На третий день после родов, в промежутке между кормлениями, неожиданно почувствовала, что «покинула свое тело» (слова пациентки), и стала смотреть на соседок по палате и на себя саму откуда-то сверху, примерно с высоты 4-5 метров. Отчетливо видела обстановку, кровати, тумбочки, лежащих на кроватях родильниц; рассматривала их с интересом, так как не знала, что подобное может быть. Продолжалось такое странное для пациентки состояние примерно одну-полторы минуты, после чего возвратилась «обратно на место». Сохранила подробные воспоминания об этом эпизоде. Об этом переживании рассказала врачу с охотой и даже с облегчением, ибо не знала, нормальное ли это ощущение и не свидетельствует ли оно о какой-либо патологии.

Первородящая В., 22-х лет. В анамнезе — простудные заболевания, в предродовой период диагностирована анемия. Роды в срок. Кровопотеря в родах 300 мл. Обезболивающих средств не применялось. В последнюю неделю беременности был эпизод, когда казалось, что находится в «подводном мире» и слушает шум воды (такое состояние длилось около 1 часа). В родах испытывала то глубокое, ни с чем не сравнимое счастье, то глубокое горе, периодически видела около себя мужа (мужа при родах не было возле роженицы). В момент родов совершенно неожиданно «отключилась, вышла из тела» и стала видеть себя со стороны, с высоты приблизительно 2-3 метров. При этом перестала испытывать боль, не было и чувства радости или горя. Продолжалось такое состояние «выхода из тела» около минуты.

Подобное «отключение» и наблюдение за собой со стороны повторилось и после родов. Тогда, при кормлении ребенка, на фоне глубокого счастья, возникло кратковременное переживание «прожитой жизни» и через короткое время (не может сказать, через сколько именно) появилась возможность наблюдать за собою со стороны. Казалось, что её приподняли над палатой и она смотрела сверху на себя и на соседок по палате. Было «очень интересно», и состояние было «благостным» и радостным. Никогда о подобных переживаниях не слыхала и не знала, что они бывают. Воспоминания об эпизоде «выхода из тела» сохранились подробные, до мелочей. Эмоциональное отношение к эпизоду — нейтральное.

Коротко отметим клинические выражения синдрома.

— Ощущение выхода из тела происходит неожиданно для пациентки, вне связи с содержанием данного этапа родов или послеродового периода, обычно в первый и последний раз в жизни (однако нам удалось наблюдать трех пациенток, у которых тот
синдром отмечался два раза: в родах и в послеродовой период).

— Пациентка неожиданно для себя чувствует, что она начинает наблюдать за происходящим со стороны (обычно сверху, чаще из-под потолка). При этом она видит саму себя вне своего тела, со стороны также видит и соседок по палате, и медперсонал. Если это происходит во время родов, то у пациентки исчезают всякие болевые ощущения и восприятие чувства времени; но, как правило, появляется позитивный интерес к происходящему и благожелательное, «умиротворенное» отношение к окружающему.

— Восприятие окружающей обстановки происходит достаточно четко. Восприятие звуков может отсутствовать.

— Продолжительность переживания оценивается пациентками как короткое (обычно до одной минуты). В то же время специальный расспрос позволяет установить, что фактически прошедшее время обычно было несколько большим. В данном отношении нужно учесть, что изменение субъективного восприятия времени признается в психофизиологии как признак дестабилизации функционального состояния (Данилова Н.Н., 1992, с.170).

— Обратный переход осуществляется незаметно.

— Непосредственная эмоциональная реакция на эпизод «выхода из тела», как правило, снижена или отсутствует. Память об эпизоде сохраняется на многие годы (до 40 и более лет). Склонность к его обсуждению и инкорпорации в состав психики обычно зависит от личностных особенностей.

В числе феноменов, описанных нами при родах, были и позволявшие предполагать другие типы деперсонализации. С учетом их базовая схема деперсонализации при нормальных родах состоит из трех основных элементов:

а)  пространственная деперсонализация;

б)  временная деперсонализация (типа «синдрома множественной личности»), которая по последней классификации (DSVIV) носит название «синдром диссоциированной идентичности»;

в)  статусная деперсонализация (совмещение принадлежности к двум состояниям сознания) типа «двойной ориентации», «люцидного сновидения».

Выводы

1. Представляется целесообразным выделение пространственной деперсонализации в качестве самостоятельного синдрома психологии экстремальных состояний и психиатрии.

2. Возникновение данного синдрома в норме обусловливается прежде всего адаптивно оправданной задачей сохранения целостности личности при неожиданно возникшей экстремальной ситуации.

3. Дальнейшая разработка синдрома целесообразна с учетом теории измененных состояний сознания.

ЛИТЕРАТУРА

1. Бехтерева Н.П., Гоголицын Ю.Л., Кропотов Ю.Д., Медведев СВ. Нейрофизиологические механизмы мышления. Отражение мыслительной деятельности в импульсной активности нейронов. — Л.: Наука. — 1985.

2. Блейхер В.М. Эпонимический словарь психиатрических терминов.. — Киев: Высшая школа. — 1980.

3. Введение в психологию / Ред. А.В. Петровский/- М.: Академия. — 1996.

4. Гастев Д.М. Синдром искаженного восприятия своего тела при сосудистых заболеваниях правого полушария головного мозга // Вопросы общей и клинической невропатологии. — 1949. — Т.2. — С. 327-330.

5. Деперсонализация // Психология:    Словарь. Издание 2./ Ред. А.В. Петровский, М.Г. Ярошевский/ — М.: Политиздат, 1990. — С. 96.

6. Данилова Н.Н. Функциональные состояния: механизмы и диагностика. — М.: МГУ. — 1985.

7. Интрапсихические расстройства // Руководство по психиатрии / Ред. А.В. Снежневский/ — М.: Медицина. — 1983. — С. 19 -44.

8. Моуди Р. Жизнь после смерти. — М.: Политиздат. — 1991.

9. Роуз С. Душа после смерти //Современные «посмертные» опыты в свете учения православной церкви. — М.: Издание Сретенского монастыря. — 1997.

10. Спивак Л.И. Измененные состояния сознания у здоровых людей (постановка вопроса, перспективы исследований) // Физиология человека. — 1988. — Т. 14. — N1. — С. 138-147.

11. Спивак Л.И., Бехтерева Н.П., Данько С. Г., Спивак Д.Л., Болотских В.М. Характеристики электрической активности мозга как показатели психических состояний роженицы // Физиология человека. — 1997. —N5. — С. 44-50.

12. Уолш Р. Дух шаманизма. — М.: Издание Трансперсонального института. — 1996.

13. Altered states of consciousness // Ed.Ch.Tart. — Garden City, NY: Anchor Books / Doubleday and Co/ — 1969.

14. Depersonalization disorder // Diagnostic and statistical manual of mental disorders. 4th edition. DSM-IV. W.: American Psychiatric Assotiation. — 1994. -P.488-491.

15. Dissociative disorder// Kaplan H., Sadock В., Grebb J. Synopsis of psychiatry: Behavioral sciences, clinical psychiatry. 7th edition. — Baltimore: Williams and Wilkins. -1991.- P.638-652.

16.  Hoop H.de. Hysterical neurosis // The European handbook of psychiatry and mental health / Ed. A.Seva. — Barcelona — Zaragoza: Antropos — Prensas Universitarias de Zaragoza. -1991. — P.679-685.

17.  Lorimer D. Whole in one: The near-death experience and the ethics of interconnectedness. — L.: Arcana. -1990

18.  Mind beyond the body / Ed.D.Rogo. — NY: Viking Penguin.-1978

19.    Murphy M. The future of the body: Explorations into the further evolution of human nature. — LA: J.Tarcher. — 1992

20.    Popenoe C. Inner development. — W.: Yeslnc- 1979

21. S.J.B. Out-of-the-body experience // The Oxford companion to the mind / Ed.R.Gregory.   —   Oxford-NY   University Press. — 1987. — P.571-573.

22. Spivak L.I., Spivak D.L., Wistrand K.-R. New psychic normal childbirth // The European Journal of Psychiatry. — 1993. — N4. — P.239-243

23. Tart Ch. States of consciousness. — El Cerrito, Ca: Psychological Processes, Inc. — 1983

24. Tart Ch. The physical universe, the spiritual universe, and the paranormal // Transpersonal psychologies / Ed.Ch.Tart. — El Cerrito, Ca: Psychological Processes, Inc:. 1983. — P.113-152.