Спивак Д. Л., Захарчук А. Г., Смирнова Т. Ю. и др. Изменённые состояния сознания и долголетие: психология и генетика

Изменённые состояния сознания и долголетие: психология и генетика

Спивак Д. Л., Захарчук А. Г., Смирнова Т. Ю., Якупова Г. С., Куприянова В. А., Спивак И. М. (Россия)

Введение

Настоящий доклад представляет промежуточные итоги проведения в жизнь научно-исследовательской программы изучения измененных состояний сознания, основанной в 1989 году профессором Л.И.Спиваком и Д.Л.Спиваком, работавшими в тесном взаимодействии с академиком Н.П.Бехтеревой. Указанная программа, таким образом, представляет собой старейшую как в Российской Федерации, так и на постсоветском пространстве в целом, программу систематического изучения указанных состояний, пользующуюся с момента ее заложения официальным признанием на уровне Российской академии наук. Для одного из основателей этой программы, она представляла собой в первую очередь средство переосмысления опыта, накопленного им в ходе многолетних исследований психоактивных препаратов (обзорную работу см.: Spivak L. Psychoactive Drug Research in Soviet Scientific Tradition // Journal of Psychoactive Drugs, 1991, No.3, p.271-281), для другого – более широкий контекст исследований языка и сознания (Spivak D. Linguistics of Altered States of Consciousness. Bochum, Univeritaetsverlag Brockmeyer, 1992).

В ходе многолетиях научных исследований, проводившихся на базе или в сотрудничестве с рядом ведущих клиник и научно-исследовательских центров нашей страны, мы пришли к выводу, что измененные состояния сознания, систематически возникающие у нормальных людей при попадании в необычные или экстремальные условия, входят в число весьма конструктивных и в принципе саногенных средств психологической защиты, адаптации и личностного роста. В качестве показательного примера обоснованности и целесообразности такого подхода, мы можем указать на проведенное в рамках указанной программы изучение гендерно-специфических измененных состояний сознания, возникающих в ходе беременности и родов, в систематическом описании которых наш коллектив обладает научным приоритетом на мировом уровне (см., напр.: Gruzdev N., Spivak D. An Exploratory Investigation into the Association of Neuroticization, Cognitive Style, and Spirituality to Reported Altered States of Consciousness in Women Experiencing Childbirth // The International Journal of Transpersonal Studies, 2006, Vol.25. P.56-61).

Задачи

В силу относительной краткосрочности нашего наблюдения измененных состояний сознания (от нескольких часов – до 2-3 месяцев), возникает естественный вопрос, какой временной период должно охватывать изучение следовых и/или отложенных воздействий измененных состояний сознания, чтобы вполне убедиться в их конструктивности. На основании самых общих соображений, порядок такого интервала должен был бы соответствовать длине человеческой жизни, то есть охватывать срок, в любом случае не меньший, чем 20-30 лет. Лонгитюдное исследование, нацеленное на охват указанного временного интервала, уже начато. Вместе с тем, еще до его завершения существует возможность получить самую приблизительную, но вполне корректную оценку характера его результатов: достаточно обратиться к исследованию выраженности признаков измененных состояний сознания у старых и пожилых людей, в особенности у долгожителей. Цель настоящей работы состоит, таким образом, в представлении наших предварительных выводов о наличии, характере и направленности взаимосвязи измененных состояний сознания и близких им состояний типа религиозно- мистических, с одной стороны, и долголетия – с другой (ср. предварительные публикации, представляющие аргументы, свидетельствующие в пользу целесообразности данной научной стратегии: Спивак Д.Л., Захарчук А.Г., Павлов А.Е., Спивак И.М. Религиозно-психологические аспекты старения: новые данные // Религиоведение, 2007, №4, c.104-110; Spivak D., Zakharchuk A., Pavlov A., Spivak I. Longevity and spirituality: a psychophysiological study // International Journal of Psychophysiology, 2008, Vol.69, No.3, p.287).

Методы

Наблюдалось 105 старых и пожилых людей и долгожителей, возрастом от 60 до 93 лет (m=75.7), русскоязычных, городских жителей, представляющих возрастную норму, наблюдавшихся в ходе рутинного пребывания в городском геронтологическом стационаре. Психологическая часть обследования представляла собой однократно примененный пакет стандартных методик, включавший в себя опросники, направленные на оперативную оценку уровня:

1. Невротизации (см.: Шкала для психологической экспресс-диагностики уровня невротизации (УН). Пособие для врачей и психологов / Ред. Л.И. Вассерман. СПб: Психоневрологический институт им. В.М. Бехтерева, Лаборатория клинической психологии, 1999);

2. Психологической активации (см.: Практикум по общей, экспериментальной и прикладной психологии / Ред. Крылов А.А., Маничев С.А. СПб: Питер, 2006, c.309–314);

3. Признаков измененных состояний сознания (данный опросник (см. Приложение 1) был разработан нами, основываясь как на материалах наших клинических наблюдений, так и наиболее авторитетных смежных методик (Dittrich A. The Standardized Psychometric Assessment of Altered States of Consciousness (ASCs) in Humans // Pharmacopsychiatry, 1998, Vol. 31, Suppl. 2, № 7, p.80–84; Quekelberghe R. van, Altstoetter-Gleich G., Hertweck E. Assessment Schedule for Altered States of Consciousness: a Brief Report // Journal of Parapsychology, 1991, Vol. 55, No.12, p.377–390). В настоящее время данный опросник находится на этапе доработки и стандартизации;

4. Интринзивной, зрелой религиозности, измеренной по данным т.н. Индекса глубинных религиозных переживаний (подробнее см. Kass J.D., Friedman R., Lesserman J., Zuttermeister P., Benson H. Health Outcomes and a New Index of Spiritual Experiences // Journal for the Scientific Study of Religion, 1991, Vol. 30, No.2, p.203–211; определениеинтринзивной(внутренней) религиозности, впротивовесееэкстринзивноготипа, см.: Allport G.W. The Individual and his Religion. NY: Macmillan, 1957; Allport G.W., Ross J.M. Personal Religious Orientation and Prejudice // Journal of Personality and Social Psychology, 1967, Vol.5, No.4, p.432–443). Данный опросник, считающийся в настоящее время одним из наиболее эффективных средств оценки интринзивной религиозности, был переведен нами в контакте с его автором на русский язык и адаптирован для применения в русскоязычной среде. В качестве части такого исследования, на массовом материале было выполнено компаративное исследование уровня и особенностей зрелой религиозности у современных россиян, сравнительно с американцами; его нетривиальные результаты см.: Spivak D., Gruzdev N. Core religious experiences in cross-religious research // Pluralisme et reconnaissance: Defis des particularismes et des minorites. Paris: IIIT France, 2008, p.373-387);

5. Напряженности психологических защит (отрицание, вытеснение, регрессия, компенсация, проекция, замещение, интеллектуализация, реактивное образование):  данная методика основана на идеях известного плучиковского Индекса жизненного стиля (Вассерман Л.И. и др. Психологическая диагностика индекса жизненного стиля: Пособие для психологов и врачей. СПб: Психоневрологический институт им. В.М. Бехтерева, 2005).

При обработке полученных данных, прежде всего средствами факторного анализа, мы видели свою основную задачу в установлении того факта, с чем более склонно коррелировать присутствие признаков измененных состояний сознания (индекс 3) — с выраженностью невротизации (как в ее личностной, долгосрочной (индекс 1), так и реактивной, краткосрочной (индекс 2) ипостаси), либо же с напряженностью психологических защит (индекс 5). Другая задача состояла в прояснении структуры скрытых психологических резервов – а именно, сочетанном либо же независимом друг от друга задействовании измененных состояний сознания (индекс 3) и родственной им внутренней религиозности (индекс 4), в качестве противодействия возрастным стрессам. Естественно, что нам представлялось весьма важным и выяснение того, какой из исследованных психологических процессов обладает приоритетом в поддержке активного долголетия. Параллельно был проведен сбор как персональной информации, так и данных анамнеза, от точного возраста, пола, образования, семейного положения – до наличия и степени выраженности сердечно-сосудистых, онкологических, душевных и прочих заболеваний, а также применения в период наблюдения психоактивных препаратов разного типа. Привлекались также материалы особых, геронтологических опросников и индексов (Индекс самообслуживания, Индекс подвижности).

Генетическая часть настоящего исследования, проведенная на базе института Цитологии РАН, включала изучение полиморфизмов генов ренин-ангиотензиновой и серотониновой систем, а именно генов ангиотензин-превращающего фермента (ACE, angiotensin-converting enzyme), и гена серотонинового рецептора 2А (5НТR2А) соответственно. Причина первоочередного привлечения последнего к нашему исследованию состояла в уже установленной для него связи с вероятностью развития душевных заболеваний и с некоторыми размерностями духовности в широком смысле этого слова (Borg J., Andree B., Soderstrom H., Farde L. The Serotonin System and Spiritual Experiences // American Journal of Psychiatry, 2003, Vol.160, p.1965-1969), а также психическими акцентуациями некоторых типов (Schosser A., Fuchs K., Scharl T., Schloegelhofer M., Kindler J., Mossaheb N., Kaufmann R.M., Leisch F., Kasper S., Sieghart W., Aschauer H.N. Interaction between serotonin 5-HT2A receptor gene and dopamine transporter (DAT1) gene polymorphisms influences personality trait of persistence in Austrian Caucasians // World Journal of Biological Psychiatry, 2008, Vol.13, p.1-8.).

Напротив, ренин-ангиотензиновая система традиционно описывалась как связанная с иными, более низкими уровнями функционального состояния человека, в первую очередь с поддержанием сосудистого тонуса и общего гомеостаза (Evans A.E., Poirier O., Kee F., Leserf L., McCrum E.T., Falconer J., Crane D.F., O’Rourke F., Cambien A. Polymorphism of the angiotensin-converting enzyme gene in subjects who die from coronary heart disease // Quarterly Journal of Medicine, 1994, Vol.87, p.211-214). Вместе с тем, в последние годы были обнаружены ее прямые связи с вероятностью развития не только сердечно-сосудистой патологии, но также и психиатрических расстройств (Bondy B., Baghai T.C., Zill P., Bottlender R., Jaeger M., Minov C., Schule C., Zwanzger P., Rupprecht R., Engel R.R. Combined action of the ACE D- and g-protein-beta3 T-allele in major depression; a possible link to cardiovascular disease? // Molecular Psychiatry, 2002, Vol.7, No.10, p.1120-1126).

Результаты и обсуждение

Проведя полную статистическую обработку полученных данных, мы пришли к выводу, что лишь один из рассмотренных нами психологических процессов может рассматриваться в качестве прямо связанного с долголетием: им является внутренняя (интринзивная) религиозность (индекс 4). Чем большую религиозность проявляли наблюдавшиеся нами пациенты, тем дольше они жили. Данный результат имеет черты системного сходства с концепцией Дж.Касса, пришедшего на другом материале к выводу о первостепенной роли интринзивной религиозности в противодействии «стрессогенным составляющим заболевания» (‘stress-related components of illness’, см. цит.соч. указанного автора).

Однозначных связей, объединяющих измененные состояния сознания (индекс 3), на настоящий момент не выявлено. Вместе с тем, они вошли в состав одного фактора с напряженностью психологических защит (индекс 5), действуя на правах своего рода «дополнительной психологической защиты». На основании этого результата, можно предположить, что измененные состояния участвуют в поддержании своеобразного «центра психологической защиты», противодействующего нарастанию возрастных стрессов и, таким образом, принимают косвенное участие в достижении и поддержании активного долголетия.

Что касается невротизации, по части как ее личностного, долгосрочного, так и реактивного, краткосрочного типа (индексы 1-2), то она составила особый фактор, несвязанный с прочими психологическими процессами, включая и измененные состояния сознания. Данная закономерность подтверждает на материале нормального старения базовое для нас положение о саногенном и конструктивном характере измененных состояний сознания.

Наконец, нами были установлены генетические корреляты внутренних религиозных установок (индекс 4) и долголетия, составивших, как мы помним, один фактор: оба указанных показателя были прямо связаны с частотой аллеля A2 гена серотонинового рецептора (5НТR2А). Этот приоритетный результат открывает весьма конструктивную перспективу изучения роли наследственности в формировании зрелой религиозности.

Что касается данных по полиморфизмам гена ангиотензин-превращающего фермента (ACE), то они оказались значительно менее определенными. В самом предварительном порядке, в данном случае возможно предположить наличие связи с выраженностью невротизации.

Выводы

Как нам удалось установить в ходе исследования психологических процессов при старении, измененные состояния сознания не проявляют признаков прямой и/или сильной связи с долголетием: тенденция этого типа оказывается присущей зрелой, интринзивной религиозности. Последняя связь находит себе прямую генетическую поддержку по линии аллеля A2 серотонинового рецептора (5НТR2А).

Вместе с тем, измененные состояния сознания не проявили признаков близости к невротизации, по линии как ее личностного, долгосрочного, так и реактивного, краткосрочного типа. Напротив, все наши данные свидетельствуют пользу их согласованного взаимодействия с механизмами психологических защит, обеспечивающего, по всей видимости, успешное противодействие возрастным стрессам и поддержание личностного роста.

Благодарность

Авторы выражают признательность за плодотворные обсуждения и стимулирующее общение Майклу и Далси Мерфи, Дону Джонсону, Стэнли Криппнеру, Стэну и Кристине Гроф, Чарльзу Тарту, Керсти Вистранд – ярким личностям и выдающимся представителям трансперсональной мысли.

Настоящее исследование было поддержано Российским фондом фундаментальных исследований, грант 09-06-00012а, а также грантом Программы фундаментальных исследований Президиума РАН «Фундаментальные науки – медицине».

Приложение 1

Опросник признаков измененных состояний сознания

1.     Я слышал(а) странные шумы (звуки, пение, шепот, голоса)

2.     Я чувствовал(а) одновременно и счастье, и горе

3.     Я погружался (-алась) в необычные фантазии

4.     Я чувствовал(а) себя довольно внушаемой

5.     Я видел(а) сны с кошмарами

6.     Я видел(а) странные вспышки света (мерцание, лучи, очертания предметов или существ)

7.     Я испытывал(а) мистические (религиозные) переживания

8.     Я погружался (-алась) в яркие неотвязные воспоминания

9.     Я улавливал(а) скрытый смысл слов собеседников

10.  Я видел(а) «сны с полетами»

11.  Я «выходил(а) из тела» и видел(а) себя со стороны

12.  Я испытывал(а) необычные («какие то не мои») желания

13.  Я понимал(а) смысл жизни

14.  Я входил(а) в почти телепатический контакт с отсутствующими родными (близкими)

15.  Я видел(а) «вещие сны»

Наблюдаемые сообщали о частоте и субъективно воспринимаемой интенсивности каждого из переживаний, перечисленных выше, выполняя следующие задания:

А. Как часто в течение последнего года у Вас появлялось такое переживание?

Никогда – 1-2 раза – Иногда – Периодически – Часто

Б. Какой силы оно было (обычно)?

Слабое – Довольно слабое – Умеренное – Довольно сильное – Сильное

Ответу по каждой из шкал приписывался индекс от 1 до 5, по возрастанию частоты или интенсивности соответствующего переживания. Получающиеся в итоге два индекса далее перемножались, давая оценку выраженности данного переживания. Наконец, индексы по всем переживаниям суммировались, давая общую оценку выраженности признаков ИСС у данного наблюдаемого.

Реклама